Дымилась земля, на ветру разгорались ярким оранжевым пламенем тростниковые лачуги. Лежали без признаков жизни человеческие тела. Кричала, еще не придя в себя от шока, молодая вьетнамка-роженица; ей оторвало руку.

Но он не слышал её крика.

Рядом с ней застыл с развороченным животом ее сынишка - лет пяти-шести от роду.

Преследуя отбомбившиеся только что "фантомы", пронеслась над ним пара "мигов".

Но он не слышал их свиста и грохота. Он попытался приподняться. Приподнявшись, стал отхаркивать переполнявшими его онемевший словно после наркоза рот сгустками крови.

Он выл от нестерпимой боли. Кричал и не слышал своего крика. Это было ровно двадцать лет назад.

Кэтрин не выдержала его взгляда.

- Do you like America?- повторила словно на допросе она.

На прорезавшемся сквозь тучи солнце ослепительно сверкнули все тридцать два вставных зуба русского полковника:

- Йес, ай ду.

По ходу ланча предполагалось выступление Василия Ивановича, и ему, к его великой неохоте, было предоставлено слово. Перед этим Сьюзен сообщила собравшимся, что их русский гость прибыл вчера из Атланты, где находился по приглашению президента Д. Картера на конференции "Христианство и демократия". Вводная Сьюзен, организовавшей это приглашение, произвела на собравшихся изрядное впечатление: профессору зааплодировали. Все прекрасно понимали, что едва ли какой брат-апостол мог так запросто потрепаться Вась-Вась с самим президентом США. Сьюзен, купавшаяся в лучах света, исходившего от русского гостя, торжествовала. Смотрите, кого я вам привела! Не баран начхал!

- А что вы думаете о перспективах демократии в России? - спросил, стерев с лица свою вечную улыбку Джозеф.

- Об этом я и хотел сегодня поговорить, - вздохнул Василий Иванович, утирая салфеткой рот. - Леди и джентльмены! Мы все крайне озабочены перспективами демократии в посткоммунистической России. Но что есть демократия вообще и демократия в России, в частности? Что представляет она собой в метафизическом плане? Каждый народ мыслит логически и метафизически одновременно. Логика у всех одна, а метафизика у каждого народа своя.